117
Credit Line ©

Панарабские революции: новые очаги мировой нестабильности

Снежанова Л.Н., аналитик НИРСИ

«Революция должна совершаться в рассрочку».
Джеймс Джойс

Египетские события, развёрнувшиеся и, казалось бы, закончившиеся так стремительно, не только продемонстрировали мировому сообществу реалистичность свержения власти даже при весьма авторитарном режиме, но и стали отправной точкой начавшихся волнений в сопредельных государствах региона. Каковы причины и последствия происходящих революций?

ТУНИС, ЕГИПЕТ: ХРОНИКА, ПРИЧИНЫ, ПОСЛЕДСТВИЯ

Несмотря на то, что наибольший резонанс в российских и мировых СМИ вызвали происшествия в Египте, следует отметить, что отправной точкой вспыхнувших беспорядков, которыми в настоящее время охвачен ряд стран Северной Африки и Ближнего Востока, был Тунис. Началу массовых волнений в декабре 2010 г. послужило публичное самосожжение торговца овощами Моххамеда Буазизи, не добившегося социальной справедливости и посмертно объявленного героем революции . Акции протеста в этой стране привели к тому, что 14 января 2011 г. президент Туниса Зин эль-Абидин Бен Али, занимающий данный пост с 1987 г., бежал в Саудовскую Аравию, после чего был отстранён от власти . В соответствии с законом Туниса, полномочия президента временно перешли к спикеру парламента, им стал Фуад аль-Мабзаа . 6 февраля 2011 г. Временное правительство Туниса запретило бывшую правящую партию «Конституционное демократическое объединение» (КДО), которую возглавлял Бен Али . Сухими итогами тунисских беспорядков стала гибель около 100 человек, 1,5 тонны похищенного из казны золота , прямой ущерб экономике страны составил 2,2 млрд. долларов, что эквивалентно примерно 4% ВВП Туниса.

Между тем, переходное правительство оставалось под руководством Мохаммеда аль-Ганнуши, который занимал пост премьера и до переворота . Жители продолжили митинговать, требуя отправить в отставку всех сторонников бывшего президента. Десятки тысяч манифестантов требуют отставки уже переходного правительства Туниса, 27 февраля о ней объявил премьер-министр Туниса Моххамед аль-Гануши . Внеочередные парламентские выборы должны пройти в стране в течение ближайшего полугода. Однако, уже сейчас очевидно, что перестановки во власти не удовлетворили население Туниса: в регионах население по-прежнему требует усилить борьбу с безработицей и бедностью.

Сценарий свержения существующего строя перекинулся на Египет 25 января 2011 г. На центральной площади Каира – Тахрир начались выступления оппозиционеров правящему более 29 лет режиму Хосни Мубарака. Демонстранты выражали недовольство слабой экономикой, безработицей, а их требования сводились к немедленной отставке главы государства и немедленному началу политических преобразований в стране. Сторонникам демократических реформ противостояло население, поддерживавшее Мубарака. Армия, развернувшая военную технику вблизи площади Тахрир и прилегающих к ней проспектам, тем не менее, с самого начала столкновений заняла позицию невмешательства . 27 января антиправительственные митинги перекинулись вглубь страны: так, в частности, СМИ сообщали о выступлениях в Суэце, Александрии и Исмаилии . В этот же день в Каир прибыл бывший глава МАГАТЭ (Международного агентства по атомной энергии), Мохамед эль-Барадей, который заявил о том, что готов возглавить оппозиционные выступления и советует Мубараку добровольно уйти в отставку . 28 января Мубарак ввёл на всей территории Египта комендантский час, однако, несмотря на это, сторонники президента и антиправительственные демонстранты не покинули площадь и ночью, удерживая свои позиции. Было подожжено и разграблено здание, в котором размещалась штаб-квартира правящей «Национально-демократической партии» Египта. СМИ сообщили о 870 пострадавших в ходе беспорядков . 29 января Мубарак распустил правительство Египта, пообещав сформировать новый кабинет и провести экономические и политические реформы в стране . После завершения речи на улицах Каира возобновились демонстрации, участники которых требовали немедленной отставки президента. Мубарак пошёл на назначение 30 лет пустующей должности вице-президента страны, —  им стал глава разведки Омар Сулейман. На следующий день, 31 января, новый вице-президент предожил Мубараку план по преодолению кризиса в стране, предполагавший отречение президента от власти, исключение принципа её наследования, проведение конституционных реформ, перестановок в руководящей Национально-демократической партии, отказ от введения в новое правительство представителей бизнеса .

В ночь с 1 на 2 февраля Мубарак в обращении по Национальному телевидению Египта заявил, что не собирается баллотироваться на шестой срок в сентябре 2011 г. и пообещал провести коренные политические реформы, на которых настаивала оппозиция. Президент также предупредил, что образовавшийся вакуум власти очень опасен и может привести к власти радикальную исламистскую группировку «Братьев-мусульман» . Лидер оппозиции эль-Барадеи назвал выступление Мубарака уловкой, с помощью которой он намерен остаться у власти.

С 1 февраля началась активизация участников так называемого Марша миллионов . Впрочем, сведения об организаторах абсолютно противоречивы, а точные отсутствуют вовсе. Называлась оппозиционная молодёжная организация «6 апреля», также наблюдатели отмечали, что многими из акций руководили представители запрещённой в стране организации «Братья-мусульмане» . По информации из открытых источников, число демонстрантов, действительно, достигало трёх миллионов человек .  Выступления прошли в Каире, Порт-Саиде, Бени-Суэйфе, Шаркии, Танте, Махалле, Думьяте, Асьюте, Луксоре и других городах Египта. Требования выступающих были всё теми же: «Нет диалогу, пока Мубарак не уйдёт!». С 3 февраля столкновения перешли в более агрессивную фазу, жертвами которой уже становились не только участники, но и иностранные журналисты. Больше остальных доставалось западным корреспондентам, но после того, как нападению подверглись съёмочные группы CNN и ABC, тут же последовала волна обвинений в адрес египетских властей за осуществление цензуры и подавление свободной прессы.

Примечательно, что в это же время с расстановкой своих приоритетов определились США, реакция которых на протяжении всего времени волнений была непоследовательной. Изначально американское руководство воздерживалось от каких-либо оценок происходящего. Так, ещё 28 января Барак Обама лишь призывал к прекращению насилия, но когда протестные выступления объединили миллионы человек, и стало ясно, что Мубарак вряд ли удержится у власти, президент США призвал действующую власть Египта немедленно начать процесс передачи своих полномочий . Лично позицию Вашингтона разъяснял Мубараку бывший американский посол в Египте Фрэнк Уизнер , а вслед за ними и верховный представитель Евросоюза по внешней политике Кэтрин Эштон.

С 5 февраля ситуация в стране постепенно нормализовалась, власти сократили действие комендантского часа. Протестующих вышли успокоить министр обороны Египта Хусейн ат-Тантауи и генеральный секретарь Лиги арабских государств Амр Мусса, ранее заявивший о своём намерении участвовать в выборах. Новостные агентства сообщили, что сотни тысяч демонстрантов мирно стоят на площади, призывы двинуться к президентскому дворцу поддержки не получили . Социологи подтвердили усталость египтян от беспорядков: 71% респондентов выступали за прекращение демонстраций . С этого момента противостояние перешло в политическое русло.

Состоялась встреча оппозиции (возможность проведения которой ранее отрицалась до ухода Мубарака), включающая участие и эль-Барадеи, и «Братьев-мусульман», и представителей молодёжного «Движения 25 января»; новый вице-президент Омар Сулейман согласовал совместные шаги вывода Египта из кризиса. Стороны договорились не только о том, что дальнейшие действия должны лежать в правовой плоскости, но также согласились с тем, что Мубарак останется у власти до сентябрьских выборов . Общепризнанным гарантом порядка в стране была признана национальная армия Египта. Особо было акцентировано внимание на недопустимости внешнего вмешательства во внутренние дела Египта, поскольку, по словам участников встречи, во время кризиса «имели место попытки иностранных сил дестабилизировать обстановку в стране» . С аналогичным заявлением 10 февраля выступил и министр иностранных дел Египта Ахмед Абуль-Гейт, обвинив США, требующих проведения в республике немедленных реформ, в «навязывании своей воли».

Казалось бы, компромисс достигнут, но 11 февраля вице-президент Омар Сулейман неожиданно заявил об отставке президента: «В этих сложных условиях, с которыми сталкивается страна, Мухаммед Хосни Мубарак решил оставить пост президента и поручил Высшему совету вооруженных сил управлять страной» . Ни подробностей данного шага, ни того, при каких условиях было принято это решение, сообщено так и не было. Ликующие антиправительственные демонстранты квалифицировали происходящее как победу революции. Пришедшее к власти руководство вооружённых сил пообещало демократические реформы, изменение законодательства, проведение свободных президентских выборов в шестимесячный срок с дальнейшей передачей управления страной гражданскому правительству.

Другими итогами египетского переворота стали следующие факты.

  • За время протестов и беспорядков погибло 384 человека  и более 5 тысяч получили ранения.
  • Нет данных по прошедшим грабежам, разбоям и мародёрствам —  как в провинциях, так и в столице Египта, но можно примерно представить их масштаб в стране, охваченной хаосом, одна пятая жителей которой находится за чертой бедности.
  • Массовые бегства заключённых из египетских тюрем, сопровождавшиеся убийствами полицейских. Точное количество вырвавшихся не называется, информационные агентства лишь отмечают, что их тысячи, в том числе – политзаключённые и исламисты . Министр иностранных дел Египта приводил цифру в 17 тысяч. Reuters сообщало, что среди бежавших, оказавшихся на свободе, 34 члена оппозиционного движения «Братья-мусульмане», в том числе – лидеры организации, арестованные в начале уличных выступлений, а также 8 членов радикального палестинского движения ХАМАС . Также проходила информация о вырвавшихся на свободу членах международной террористической сети «Аль-Каида» и других радикальных исламистских группировок .
  • По данным аналитиков французского банка Credit Agricole, которые привела газета The Jerusalem Post,  массовые беспорядки ежедневно обходились стране в 310 млн. долларов. Египет покинули десятки тысяч иностранных туристов, была остановлена работа банков, бирж, многих промышленных предприятий. Суммарно же за 18 дней политического кризиса экономика Египта потеряла 6,2 млрд. долларов.

ПРИНЦИП «ДОМИНО»

Успех тунисской и египетской революций вдохновил население соседних государств на свержение своих политических режимов. Многочисленные акции прошли в Алжире, Иордании, Йемене, Бахрейне и Ливии. Также были отмечены волнения в Мавритании, Саудовской Аравии, Омане, Судане, Сирии, Кувейте, Сомали, Марокко, Джибути, Ираке и Иране. В данном разделе представлены государства, на территории которых в настоящее время наблюдается наибольшая активность.

Йемен. Массовые волнения в стране начались в январе 2011 г. Возникнув как демонстрация по примеру Туниса, вскоре она переросла в масштабный протест, который привёл президента Йемена Али Абдуллу Салеха, руководящего страной с 1978 г., к отказу от передачи власти сыну  и участия в следующих выборах . Также Салех пообещал ликвидировать конституционную поправку, позволявшую главе государства оставаться на посту более двух сроков подряд . Тем не менее, на следующий день после заявления в Йемене прошёл «День гнева», собравший 20 тысяч человек, требовавших смены режима и дальнейших уступок оппозиции . Главный лозунг демонстрантов – «Нет коррупции, нет диктатуре!».

В феврале, после отставки Мубарака, манифестации возобновились в более активной фазе и привели к столкновениям оппозиции с проправительственными силами и полицейскими. Наибольшая активность антиправительственных демонстрантов была отмечена на юге страны, в городе Аден и в столице Йемена – Сане. 21 февраля Салех заявил, что его не заставят отправиться в отставку: «Я уйду только в одном случае: если потерплю поражение на выборах» . Тем не менее, власть демонстрирует готовность к компромиссу, которая, правда, пока не привела к значимым результатам. Так, 24 февраля президент Йемена приказал органам правопорядка защищать манифестантов вне зависимости от того, на чьей стороне они находятся . А позже стало известно о том, что полицейские застрелили несколько человек. После чего, два влиятельных племени Йемена перешли на сторону оппозиции, а ряд чиновников покинул свои посты в знак протеста против жестокого подавления народных восстаний . Тысячные демонстрации возобновились в городах Иб и Худейн и, по меньшей мере, 10 тысяч человек вышли на улицы Таиза . 28 февраля Салех предложил оппозиции вступить в «объединённое правительство» , его инициативу отвергли, мотивировав отказ запоздалостью данного шага. В настоящее время в стране по-прежнему проходят митинги с требованиями смены правящего режима. СМИ сообщают, что с момента начала беспорядков в Йемене погибло не менее 27 человек  и более 70 получили ранения.

Учитывая существующие реалии, Йемен находится в повышенной зоне риска: являясь одной из беднейших арабских стран , в которой население живёт меньше чем на 2 доллара в день, а безработица превышает 35% , призывы к борьбе за социальную справедливость могут оказаться предельно актуальными. Специалисты по Ближнему Востоку полагают, что Йемен не выдержит революции, и там начнётся гражданская война.

Бахрейн. 14 февраля вспыхнули протесты в этой благополучной в социально-экономическом отношении стране. Представители шиитского большинства (составляющие 75% населения) провели демонстрации против диктата суннитского меньшинства, находящегося у власти . Манифестанты требовали ограничения власти короля, отставки премьер-министра шейха Халифы Бен Сальмана Аль Халифы, возглавляющего правительство уже 40 лет, проведения политических реформ, освобождения политзаключённых, обеспечения населения жильем и работой.

Власти Бахрейна предприняли попытку предотвратить эскалацию социальной напряжённости: после того, как стало известно о случаях нападения милиции на оппозиционеров (в ходе которого применялись резиновые пули), своё осуждение в отношении действий подчинённых выразил глава МВД шейх Рашед бен Абдалла аль-Калифа, пообещавший провести расследование . А когда стало известно о нескольких погибших в ходе беспорядков, свои соболезнования их семьям выразил король Бахрейна Хамад бен Иса аль-Халифа. Несмотря на очевидность того, что полицейские отправились на разгон демонстрантов явно по распоряжению власти, эта нехитрая превентивная информационная уловка властей на какое-то время возымела действие. После этого 22 февраля в Манаме прошла ещё одна акция протеста, в которой приняло участие не менее одной пятой населения страны (100 тысяч человек), но она носила мирный характер.

Руководство страны пошло на уступки: были выведены войска с улиц столицы, освобождены политзаключённые. Но уже 24 февраля на Жемчужной площади Манамы возобновились митинги, требование которых по-прежнему сводилось к немедленной отставке правительства. На следующий день король Бахрейна отправляет в отставку «трёх министров, спровоцировавших кризис» . Тем не менее, в настоящее время в манифестациях участвуют десятки тысяч человек, обещающие расширить масштаб акций протеста.

Стоит отметить, что в сохранении существующего строя в Бахрейне напрямую заинтересованы США. Как известно, в окрестностях Манамы, в Джуффэйр, находится база ВМС США , которую считают крупнейшим военным объектом Америки в регионе Персидского залива. Цель операций США в заливе – свободная навигация; особенно это касается важнейших поставок нефти, которые проходят через 29-мильный Ормузский пролив, находящийся рядом с входом в залив. На данный транспортный путь приходится более пятой части всего мирового нефтяного грузооборота. Также место дислокации этой базы позволяет контролировать Суэцкий канал и Баб-эль-Мандебский пролив. В настоящее время общая численность военнослужащих США, расквартированных на базе, и контрактников в командном управлении в Манаме, а также членов их семей составляет более 6 тысяч человек . И нет никаких гарантий, что при смене власти по отношению к американцам будет сохраняться такая же лояльность. Американцы пытаются сделать всё возможное для достижения компромисса между правительством Бахрейна и протестующими, призывая к проведению демократических реформ и недопущению эскалации конфликта . Более того, США прекрасно понимают, что прямые демократические выборы приведут к власти шиитов, что неизбежно отразится на укреплении двусторонних отношений с Ираном, а, следовательно, автоматически поставят под удар позиции США в регионе.

Ливия. Антиправительственные выступления охватили Ливию 16 февраля. Протесты против режима Муаммара Каддафи, находящегося у власти более 40 лет, начались во втором по величине в стране городе Бенгази, вскоре перекинувшись на Аль-Байду и Аз-Зинтан. Количество выступающих изначально насчитывало 2 тысячи человек , практически сразу начались столкновения с полицией. Официальные ливийские СМИ сообщили о ряде акций, которые провели по стране сторонники Каддафи. Главным оплотом ливийского лидера стала столица – город Триполи. Страна раскололась на два противоборствующих лагеря. Уже 18 февраля оппозиция требовала отставки Кадаффи, прошли сообщения о массовом бегстве заключённых из тюрем Бенгази  и переходе Аль-Байды под контроль оппозиции. 19 февраля власти страны отключили интернет для пресечения координации действий оппозиции через социальные сети . Также было ограничено действие сотовой связи и запрещён въезд в страну иностранных журналистов. Появилась информация о том, что Каддафи подключил к подавлению беспорядков и «чёрные эскадроны» —  африканских наёмников, которым было приказано стрелять в демонстрантов боевыми патронами . Тем временем для разгона демонстрантов в Бенгази власти применили вертолёты, начался массированный обстрел с воздуха. 21 февраля столкновения перекинулись на Триполи, где противникам Кадаффи противостояли спецслужбы страны ; власти Ливии начали масштабную операцию с применением огнестрельного оружия . Под контролем протестующих оказалось несколько военных баз и военная техника, также стало известно о переходе отдельных подразделений армии и полиции на сторону манифестантов . Оппозиционерам удалось захватить аэропорт в Триполи, было подожжено здание правительства. О поддержке митингующих заявил посол Ливии в Лиге арабских государств Абдель Монеим аль-Хони и посол в Китае Хусейн Садик; также, выразив протест против применения в отношении противников режима, демонстративно подал в отставку министр юстиции Ливии Мустафа Абдель Джалил. Прошли сообщения о том, что группа офицеров ВС Ливии подписала обращение к военнослужащим с призывом «присоединиться к своему народу» и помочь свергнуть режим Каддафи. О выходе из правительства и присоединении к демонстрантам объявил глава МВД Ливии и генерал армии Абдул Фатах Юнис аль-Абиди, призвав армию выполнить «законные требования» граждан.

Что касается реакции лидера Ливийской джамахирии, то полковник впервые выступил на ливийском телевидении в ночь на 22 февраля. Обращение было предельно кратким: Каддафи демонстративно появился в кадре с зонтом (в тот день в Триполи шёл дождь) и заявил, что он находится в столице, а не бежал в Венесуэлу и призвал не верить «телеканалам, принадлежащим бродячим собакам» . Ранее с комментариями по поводу происходящего появлялся сын Каддафи, по совместительству являющийся его советником, Саиф аль-Ислам, который возлагал вину за происходящее на «внешних врагов» и «исламских экстремистов». В повторном телеобращении Муаммар Каддафи заявил, что он не может уйти в отставку, поскольку является «не обыкновенным человеком или даже президентом, а лидером революции» . В беспорядках он обвинил главу международной террористической сети «Аль-Каида» Усаму бин Ладена, который манипулирует его народом и использует группу подростков, добавляя «галлюциногенные таблетки» в их кофейно-молочные напитки.

23 февраля президент Франции Николя Саркози призвал ЕС ввести «быстрые и конкретные» санкции в отношении Ливии, приостановить экономическое и финансовое сотрудничество . В этот же день в СМИ прошли сведения, согласно которым Каддафи планирует взрыв нефтепроводов в Ливии в качестве месте предавшим его и собирается отбросить страну к уровню развития Сомали: «Либо я, либо хаос!» . 24 февраля впервые прокомментировал ситуацию в Ливии и Барак Обама: воздерживаясь от персонифицированных обвинений и обозначения конкретных санкций, он назвал массовые убийства ливийцев «возмутительными и неприемлемыми».

25 февраля ливийское телевидение проинформировало о том, что каждой семье будет выплачено единовременное пособие в 400 долларов, а также будут на 150% повышены выплаты сотрудникам госсектора; условий сложить оружие в обмен на деньги не содержалось . В этот же день Каддафи выступил на Зелёной площади Триполи, призывая своих сторонников к борьбе, а 26 февраля началась массовая раздача оружия со складов гражданскому населению.

ООН приостановила членство Ливии в Организации, представители Ливии в ООН обвинили Каддафи в геноциде , а США ввели односторонние санкции против Ливии . В ночь с 27 на 28 февраля, после длительных консультаций, проект резолюции, предусматривающий довольно жёсткие санкции против Каддафи, членов его семьи и приближённых, в Совбезе ООН был совместно представлен США, Францией, Англией и Германией. Ограничения касаются замораживания счетов Каддафи и его окружения, вето на осуществление ими зарубежных поездок, эмбарго на торговлю оружием с Ливией (как известно, это вторая – после нефти – важнейшая «составляющая» режима Каддафи) . Также обещаны санкции любой стране, которая предоставит Каддафи политическое убежище.  Помимо этого, пятнадцать государств-членов ООН, включая Китай, решили дать поручение Международному уголовному суду (МУС) начать расследование убийств гражданских лиц в Ливии и привлечь виновных в массовых расстрелах населения к ответственности.

Верховный представитель ЕС по внешней политике и политике безопасности Кэтрин Эштон дала понять, что Брюссель также поддержит данный пакет ограничительных мер. Барак Обама наконец-то решился призвать Каддафи отказаться от власти , потребовала его скорейшего ухода в отставку и Хиллари Клинтон . Что касается позиции России, то представляющий нашу страну в Совбезе Виталий Чуркин предупредил, что Москва не даст санкций на ввод в Ливию иностранных войск . Ранее о возможном введении войск в Ливию заявлял Фидель Кастро, полагая, что американцы будут бороться за свои нефтяные интересы в этой стране; тогда генсек НАТО Андерс Фог Расмуссен отверг намерения вмешательства в конфликт ливийской власти и оппозиции со стороны альянса . Данную позицию Расмуссен подтвердил и позже, отметив, что любые действия должны основываться на резолюции ООН . О недопустимости иностранного вмешательства во внутриполитическую ситуацию Ливии заявил и член Президиума РАН Евгений Примаков: «Надо знать менталитет арабских народов, надо знать историю арабских стран… Когда идет военное вмешательство извне, это часто оборачивается контрпродуктивным результатом» . Тем не менее, военное командование США «осуществило перегруппировку военно-морских и военно-воздушных сил вокруг Ливии», о чём заявил официальный представитель Пентагона полковник Дэвид Лэпан . Также не исключил применения военной силы против Каддафи и премьер-министр Великобритании Дэвид Кэмерон. Сам Каддафи выразил удивление таким поведением Запада: «Мы в союзе (с Западом) сражались с «Аль-Каидой», а сейчас, когда мы сражаемся с террористами, они нас покинули. Может быть, они хотят оккупировать Ливию» . Официальный представитель правительства Ливии Мусса Ибрагим также заявил: «Империалистические западные державы хотят нашу нефть. Для них это просто магическое слово. И им всё равно, какие изменения произойдут в нашей стране. Нефть для них —  это главная цель».

В настоящее время Ливия фактически расколота на две части: восточную со «столицей» в Бенгази и западную – в Триполи. СМИ сообщили, что повстанцы захватили контроль над городами Аль-Завия и Мисурат, расположенными в окрестностях Триполи . Французское «Фигаро» резюмировало, что сам Каддафи укрывается на военной базе Азизейа в столице, сдаваться он не намерен, а «в случае попытки захвата может совершить самоубийство в бункере, как Гитлер» . Тем не менее, в настоящее время верные Каддафи войска ведут ожесточённые бои, оттесняя оппозицию всё дальше к востоку. Страна охвачена гражданской войной, соотношение сил меняется практически каждый день. Мировое сообщество явно обескуражено столь долгим и яростным сопротивлением Каддафи. Однако, политический выбор сделан: Франция признала единственной легитимной властью в стране повстанческий национальный совет Ливии , Россия ввела запрет на поставку оружия в Ливию. США пытается добиться согласия членов НАТО и ООН на закрытие воздушного пространства над Ливией.

По данным ливийского правительства, в результате беспорядков погибли 111 военных и 189 гражданских лиц . Неофициальные данные «немного» рознятся: число погибших в ходе ливийских беспорядков оценивается в 2 тысячи человек и 4 тысячи раненых.

Иран. Эта мусульманская страна стоит особняком в списке происходящих арабских революций. Антиправительственные выступления начались там 14 февраля, так же как и в других странах – после падения режима в Египте. Данному обстоятельству несказанно обрадовались США, напрямую заинтересованные в свержении режима их непримиримого противника Махмуда Ахмадинежада. Когда оппозиционные манифестанты провели демонстрацию перед Тегеранским университетом, первым, кто выразил им свою активную поддержку, стала госсекретарь США Хиллари Клинтон: «Иранцы заслуживают тех же прав, которых, как они видели, добились египтяне и которые у них самих есть по праву рождения» . Накануне акций, к участию в которых призывают социальные сети и блоги, Госдепартамент США завёл твиттер на фарси, чтобы поддерживать связь с пользователями в Иране.

Впрочем, власти Ирана тоже предприняли ряд активных действий. Так, заблаговременно были посажены под домашний арест и лишены связи лидеры иранской оппозиции Мехди Кяруби и Мирхоссейна Мусави . Прокурор Ирана Голам-Хоссейн Мохсен Эджейе сообщил, что все желающие поддержать египтян могут присоединиться к государственной акции в честь 32-ой годовщины исламской революции 1979 г.  Несмотря на это, 14 февраля на улицах Тегерана всё же прошли несанкционированные антиправительственные акции (так называемое зелёное движение), для разгона которых полиция применила слезоточивый газ. Ни о количестве участников, ни о пострадавших ничего по существу известно не было, поскольку власти Ирана ввели жёсткую цензуру и пресекли доступ иностранных журналистов внутрь страны . Был заблокирован интернет в Тегеране, власти стали «глушить» сигнал спутниковых новостных каналов . Через некоторое время стали появляться сообщения о проходящей акции в городах Исфахан и Шираз, где также были произведены аресты . Власти Ирана подтвердили факт гибели 1 человека и 9 раненых в ходе столкновений демонстрантов с полицией . Глава и депутаты парламента Ирана призвали к расправе над оппозиционерами, организовавшими антиправительственный митинг: «Мусави и Кяруби должны быть повешены. Эти господа, которые опубликовали этот призыв, попали в капкан, расставленный США. Парламент осуждает эти американо-сионистские антиреволюционные и антинародные действия мятежников».

Эксперты полагают, что египетский сценарий Ирану не грозит, поскольку «отсутствует социальная основа для революционных настроений» , «существующий режим приемлем для большинства населения страны» , а полиция «не демонстрирует никакого сочувствия к протестам».

ПРИЧИНЫ РЕВОЛЮЦИЙ И ИСПОЛЬЗУЕМЫЙ ИНСТРУМЕНТАРИЙ

Мировое сообщество в настоящее время пытается понять, что же послужило толчком вспыхнувших восстаний для купирования происходящих процессов и минимизации негативных издержек. Построение точных моделей и прогнозов затрудняет тот факт, что природа панарабских революций стихийна, и кто бы что ни говорил, они стали неожиданностью для всего мира. В представленном разделе предпринята попытка выявить некоторые закономерности и общие черты происходящих процессов.

  1. Бесспорным является тот факт, что данные революции не относятся к разряду так называемых цветных. И хотя СМИ квалифицировали революцию в том же Тунисе как «жасминовую», «финиковую», «голодную» и даже «багетовую», причины, положившие ей начало, относятся скорее к социально-экономической, а не политической плоскости. Также несостоятельность версии о наличии объективных внутриполитических кризисов, позиционируемых в качестве причины начала революций, опровергает и то, что в ряде стран совсем недавно прошли выборы, итоги которых пытались оспорить проигравшие стороны. В Египте выборы состоялись в декабре 2010 г., с результатом в 90% победила правящая партия, но ни один человек не вышел на улицу оспаривать итоги выборов . Что же касается возможного внешнеполитического аспекта, то Тунис, с которого всё началось – «это страна, которая никого не интересует, она не участвует ни в каких геополитических играх и союзах, ни с кем не воевала, в ней не действуют никакие террористические организации, не было никаких переворотов».
  2. Очевидно, что главным катализатором вспыхнувших восстаний стало социальное недовольство: где-то низким уровнем жизни и экономическими показателями (Тунис, Йемен), где-то попросту ощущением социальной несправедливости, глобальной дифференциацией доходов и демонстративной коррупцией властей (Бахрейн, Ливия). Во многих странах, где прошли протесты, население изначально вовсе не выступало против своих правителей, они хотели пересмотреть и/или нивелировать лишь саму систему, режим, существующий политический строй, добиться демократизации. Экономическое основание как универсальную причину специалисты отвергают: в Йемене половина населения зарабатывает меньше тысячи долларов в год, в Бахрейне – в 50 раз больше.
  3. Наиболее активной силой революции исследователи называют большую долю молодёжи. В странах демографической «весны» она составляет не только высокий процент от общего состава населения, но также отличается достаточно высоким уровнем политической активности . Также, как известно, именно молодёжь является наиболее многочисленным сегментом интернет-пространства, посредством которого производилась мобилизация оппозиционных масс. Психологические факторы тоже сыграли свою роль: молодёжь меньше беспокоится о стабильности и меньше боится что-то терять, питает больше иллюзий, легче идёт на риски и поддаётся внешнему воздействию. Что касается отправной точки панарабских революций, то Тунис представляет собой вообще уникальный случай: в стране очень высокий уровень образования (98% детей ходит в школу), при этом, 25% людей с высшим образованием — безработные . Таким образом, к уже вышеперечисленным причинам (социальной незащищённости и коррупции власти) добавились факторы безработицы, информированности о демократических свободах и представления о правах, а также готовность отстаивать свои интересы. Данная мотивация характерна и для вышедшей на улицу молодёжи в соседних странах, ко всему прочему, вдохновлённой реалистичностью свержения авторитарных режимов.
  4. Что касается используемого инструментария для  осуществления координации действий оппозиции, то таковыми были признаны социальные сети. «Твиттер» и «Фэйсбук» стали одним из главных каналов распространения информационных сообщений, призывающих к протесту. В условиях, когда деятельность телеканалов блокировалась или подвергалась цензуре, интернет был альтернативной площадкой для аккумулирования и агрегирования существующих общественных настроений. О важности роли социальных сетей и о серьёзности их влияния на общественное мнение в условиях происходящих революций свидетельствует не только пристальное внимание со стороны непосредственных участников процессов, но и Госдепа США. Хиллари Клинтон заявила, что США завели свой  твиттер на арабском и фарси, в планах – «аналогичные проекты на китайском, русском языках, а также на хинди. Это даст нам возможность иметь двусторонний диалог с народами этих стран в реальном времени, используя каналы связи, которые правительства этих стран не блокируют».

Впрочем, существует альтернативная точка зрения, согласно которой значимость социальных сетей сильно преувеличена и является всего лишь лобби, т.к. для осуществления революции лишь интерактивного пространства явно недостаточно, а «если революционной массы нет — создать ее посредством Веб 2.0 невозможно» , нужны более прочные социальные связи. В пользу этой версии свидетельствует и тот факт, что оппозиция активно организовывала свои действия и в условиях офф-лайн. Как известно, власти довольно быстро освоили практику пресечения ненужной виртуальной активности: практически во всех странах, где начинались антиправительственные выступления, интернет и сотовая связь в оперативном порядке отключались.

ПОСЛЕДСТВИЯ ПАНАРАБСКИХ РЕВОЛЮЦИЙ

Очевидно, что события, охватившие так называемые страны Магриба, ещё не окончены. Более того, эксперты прогнозируют возможность перекидывания волнений на соседние регионы. Существует версия о скором переходе панарабских революций в панисламские . К зоне повышенного риска в настоящее время относят: Палестину, Алжир, Йемен, Сирию, Иорданию, Турцию, Саудовскую Аравию.

Помимо огромного количества жертв, которое ещё предстоит подсчитать международным организациям, революции привели к следующим итогам.

Ослабление экономик стран региона обусловлено рядом причин. Наиболее очевидными стали прямые потери за дни волнений, поскольку население вместо того, чтобы ходить на работу, участвовало в антиправительственных выступлениях, что, в свою очередь, не сказалось благотворно на работе их предприятий. Понятный ущерб сопряжён и с грабежами, мародёрством, разрушением зданий, которыми сопровождались дни беспорядков. Но наибольший удар пришёлся на имидж региона: как известно, экономика ряда стран базируется на туристической составляющей, сейчас же, по понятным причинам,  поток туристов заметно уменьшится. Вероятно, из-за нестабильности сократится и ряд инвестиционных проектов, прежде всего, в энергетическую отрасль.

Политическая неопределённость. Несмотря на видимость произошедших перемен, говорить о ясности политической ситуации —  преждевременно. Во-первых, в странах, где победила революция, сформированы лишь временные правительства, а додержатся ли они до выборов, и каковы будут итоги этих выборов – неизвестно. Во-вторых, любые бюрократические системы довольно устойчивы, а процент преемственности власти, как правило, высок настолько, что позволяет предшествующей системе воспроизвестись даже при наличии значимых кадровых перестановок на высшем уровне. В-третьих, вне зависимости от форм правления и существующего политического строя у каждого государства есть совершенно конкретные источники наполнения бюджета и совершенно определённые каналы получения ренты, поэтому от правящего актора вряд ли стоит ожидать коренного пересмотра, например, статей экспорта, что неизбежно будет отражаться и на его политической позиции. Таким образом, с одной стороны, в ситуации политической неопределённости существует некая экономическая заданность, которая неизбежно будет конвертироваться обратно в политическую плоскость. С другой, специфика самого региона состоит в том, что экономическая детерминанта не является единственно ключевой для определения политики. В государствах Ближнего Востока сильна национальная, религиозная, культурная идентичность, что затрудняет осуществление обычной перестановки руководящих постов при гарантированном сохранении дореволюционного статус-кво.

Что касается воздействия извне, то в дальнейшем обстановка во многих из перечисленных стран может развиваться в соответствии с фабулой Жана Кокто, о которой напомнил Георгий Мирский, комментируя происходящее в Египте: «Когда ситуация выходит из-под контроля США, они делают вид, что спровоцировали ее» . В настоящее время попытки имитации контроля за происходящим мы можем наблюдать и в Ливии: в условиях, когда руководство НАТО всё же отказалось поддержать США от введения военного контингента в страну, Америка объяснила невмешательство своих всё же прибывших военных (разумеется, исключительно с целью оказания «гуманитарной поддержки») тем, что ливийская оппозиция не может консолидироваться, а потому неясно, с кем именно сотрудничать. Ещё одним свидетельством имитации контроля может служить обнародованная информация о якобы существующем секретном докладе США о ситуации в арабских странах, работу над которым курировал главный советник Обамы по Ближнему Востоку Деннис Росс . Согласно этим «данным» (само собой, так и не представленным до сих пор Бараку Обаме, потому что «работа над докладом продолжается»), эксперты США «предвидели» беспорядки в таких арабских странах как Египет, Бахрейн и Йемен. Видимо, столь глубокая степень «информированности» и объясняет нынешнюю, на сто процентов выжидательную, политику США в регионе, вряд ли являющуюся следствием уважения к внутренней политике других стран. Как известно, и Каддафи, и Мубарак были более чем лояльными политиками применительно к США, тем не менее, когда стало окончательно ясно, что их власть агонизирует, от них без сожалений отказались.

Возможность прихода к власти исламистов, несмотря на то, что пока они не заявляют о своих политических амбициях. Отчасти это объясняется предыдущим пунктом: существует социальный запрос на определение своей идентичности населением стран региона. А исламисты могут предложить качественно превосходящую идеологическую основу, нежели западные демократические ценности. Напомним, что правительства тех стран, где выступления оппозиции провалились (Ирана, Сирии), занимают ярко выраженную антизападную позицию, разделяемую народом своих государств. Также к факторам, повышающим политические шансы исламистов, относятся: больший, нежели у прозападных либералов, организационный ресурс и сопоставимый информационный – совместные молитвы и пятничные проповеди вряд ли менее эффективны, чем социальные сети. Как показал пример того же Афганистана, порой лишь исламисты способны навести порядок в стране и обеспечить хоть какую-то политическую стабильность, что объясняет их поддержку со стороны населения. Более того, Афганистан может быть и иллюстрацией фактической легализации радикальных движений в глазах мирового сообщества.
Этот сценарий, по понятным причинам, совершенно невыгоден, прежде всего, Израилю и США. Первые оказываются в ситуации всё возрастающего недружественного окружения, вторые – рискуют потерять контроль в стратегически важном регионе. Исходя из чего можно предположить, что в ближайшее время будут предприняты активные усилия для обеспечения поддержки светским прозападным силам в странах панарабских революций, имеющие конечной целью сформировать лояльные правительства и получить возможность влиять на их политику. Форматы оказания такой солидарности варьируются от создания «фондов по борьбе с коррупцией» до прямых инвестиций «на развитие гражданского общества». Также необходимо понимать, что в существующей ситуации усиливаются геополитические позиции Ирана. И, скорее всего, в ближайшее время мы станем свидетелями пересмотра политической позиции США в отношении исламской республики: открытая конфронтация очень затратна и опасна, следовательно, будут предприняты либо активные попытки дискредитации Ахмадинежада, либо Госдеп поубавит громкость своей критической риторики.

Возможный сепаратизм, раскол стран. Специфика региона состоит в высокой гетерогенности не только по уровню социально-экономического развития стран, но и религиозно-этническим основаниям. Данные факторы относятся к числу высокой зоны риска, поскольку столкновения на этой почве носят наиболее ожесточённый характер. Существующие противоречия гипотетически могут быть политизированы, конфронтация – приобрести непримиримый характер, что не исключает возникновения распада существующих государств и возникновения гражданских войн. В настоящее время информация о возникновении, скажем, исламского эмирата на востоке Ливии не подтверждается, но гарантировать сохранение такого положения вещей не может никто. Более того, в случае сходного развития событий у тех же США появится мотивация поддержания политической нестабильности в регионе, поскольку объединённые арабские и исламские страны – более чем рискованный сценарий для гегемонии США.

Милитаризация региона становится всё более реалистичной перспективой, поскольку те же США попросту боятся утратить контроль над ситуацией. Суэцкий канал, Персидский залив, нефть и газ —  не те позиции, от которых можно так просто отказаться. Примеры Багдада и Кабула свидетельствуют о том, что США способны на военную интервенцию в условиях недостаточности или исчерпанности политических средства борьбы, когда не выходит демонизировать своих оппонентов, лишив их поддержки населения и мирового сообщества. На первый взгляд, никто не отменял эффекта «маленькой победоносной войны», какой может стать участие США в подавлении сил Каддафи, столь неожиданно долго и яростно сопротивляющегося, находясь в условиях международной изоляции. С другой стороны, данный шаг стал бы абсолютным безумием – вмешиваться во внутриполитические дела стран с ярко выраженными антиамериканскими и антизападными настроениями.

Последствия для ЕС. Помимо экономических ударов, которые сразу же ощутили на себе некоторые страны Европы (и, прежде всего, Италия) в связи с ростом цен на энергоносители, за которой может последовать рост потребительских цен и рецессия, существенную угрозу для европейцев также представляет пласт проблем, связанных с миграцией. Дело в том, что после одних только беспорядков в Ливии страну покинуло около 140 тыс. человек . Ранее глава МИД Италии Франко Фраттини сделал прогноз в 300. тыс. , а ООН заявила о предполагаемых 400 тыс. ливийских эмигрантов . Пока основная часть беженцев прибывает из Туниса и оседает на ближайшем острове Лампедуза, принадлежащим Италии. Очевидно, что поток мигрантов вскоре станет проблемой не только для рынка Италии и неизбежно окажет влияние на экономическую ситуацию, но и, вероятно, вызовет социальную и политическую напряжённость внутри страны. С похожими проблемами могут столкнуться и другие государства Европы. Например, на сегодняшний день только в Париже насчитывается около 1 млн. тунисцев, 3 млн. алжирцев , при этом, как минимум, 60% граждан Франции выражают недовольство по поводу большого количества мигрантов в стране . Таким образом, власти стран ЕС попадают в незавидную ситуацию: с одной стороны, они вынуждены проводить более националистическую политику, с другой – пропорционально возрастает риск возникновения волнений национальных меньшинств. Учитывая недавнее решение ряда европейских стран (Великобритании, Франции, Германии) об отказе от политики мультикультурности в нынешних условиях в разы возросшего потока мигрантов из стран Магриба, можно прогнозировать тенденцию к усугублению данной проблемы. Таким образом, на пороге фазы возникновения политической нестабильности и активизации этноконфессиональных конфликтов рискуют оказаться не только страны Ближнего Востока и Африки, но и развитые европейские страны.

Последствия для России. Практически с самого начала панарабских волнений стала обсуждаться вероятность «египетского сценария» в России, причём, не только в экспертных кругах, несмотря на то, что власть старательно избегает тиражирования месседжа о революциях. Высказываются самые различные мнения, вплоть до полярных. Так, президент Академии Геополитических проблем Леонид Ивашов ещё в начале февраля заявил: «Повторение египетских и тунисских событий в России неизбежно, но они могут приобрести другой характер. Когда власть и люди являются противниками, радикальные изменения неизбежны. <…> Остается узнать, будет ли это в форме насильственного восстания или власть найдет в себе мужество, чтобы перейти к радикальным реформам» . Диаметрально противоположное мнение высказал академик, член президиума РАН Евгений Примаков: «У России есть свои события, свои процессы, которые происходят. И я не думаю, что какие-то демонстрации в Омане или Бахрейне могут повлиять на нашу ситуацию» . Вместе с тем, Примаков подчеркнул, что в случае прихода к власти исламистов в ходе панарабских революций это «может оказать влияние на Северный Кавказ», и призвал российские власти не допускать в этом регионе «идеологического вакуума» . Что касается реакции главы государства, то Дмитрий Медведев не исключил распада государств Ближнего Востока и арабского мира на «мелкие осколки» и «прихода фанатиков к власти», что повлечёт «пожары на десятилетия и дальнейшее распространение экстремизма» . Так и не уточнив, о ком идёт речь, президент заявил, что «такой сценарий они раньше готовили для нас, а сейчас тем более будут пытаться его осуществлять», но он не пройдёт . В качестве превентивных мер Медведев обозначил «всемерное развитие регионов Северного Кавказа», их социальной составляющей, а также «максимально широкую поддержку российского ислама».

Примерно в это же время в российских социальных сетях появлялись красноречивые публикации «Как выжить в мегаполисе в условиях революции?» . А официальные социологические данные свидетельствовали о том, что 34% жителей нашей страны считают возможными в России волнения, подобные египетским, 4% — что таковые точно произойдут. Также были опубликованы результаты опроса относительно готовности респондентов к личному участию в протестах: 49% россиян ответили утвердительно . Комментируя данные цифры, редактор журнала «Россия в глобальной политике» Фёдор Лукьянов предположил, что происходит лишь проекция уровня социального недовольства на «картинку» в Египте, объективно же обстановка в сравниваемых странах сильно отличается.

По понятным соображениям, большинство российских экспертов дистанцировалось от первичной постановки вопроса и проведения аналогий между Россией и странами, подвергшимся волнениям. В настоящее время в качестве основных угроз для России рассматриваются: возросший риск исламизации Кавказа и распространения экстремизма, угроза нелегального миграционного потока из стран Магриба, возможность массовых выступлений в сопредельных государствах с авторитарными режимами – Белоруссии, Азербайджане, Казахстане, Таджикистане, Туркменистане, Узбекистане . Хотя, как мы выяснили выше, основным катализатором начала революций послужило социальное недовольство, достигшее некой критической массы, и в этом смысле у России так же не слишком много поводов для оптимизма. Между тем, именно борьба с причинами, а не только попытки минимизации негативных последствий могут стать относительным гарантом недопущения драматического развития событий в нашей стране.

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *