107
Credit Line ©

О правах детей, находящихся в заведениях закрытого типа

«Отношение к детям — это тот показатель, по которому можно судить о зрелости, об уровне развития всего общества».

Д. Медведев на совещании по вопросам борьбы с преступлениями против детей, 16.03.2009 г.

В Российской Федерации проживают около 28 миллионов детей. При этом, по разным оценкам , около 600 тысяч детей официально признаны инвалидами, более 730 тысяч —  остались без попечения родителей, 180 тысяч из них живут в государственных учреждениях.

Численность детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, воспитывающихся в интернатных учреждениях различного типа, составила в 2007 г. 156 тыс. человек или 0,59% численности детского населения (0-17 лет). Для сравнения – в 1990 г. этот показатель составлял 0,35%, в 2000 г. – 0,55%, в 2004-2005 гг. – 0,65%.

Следует отметить, что 90% детей, оставшихся без попечения родителей, — это социальные сироты, т.е. дети, родители которых лишены родительских прав. Количество сирот ежегодно увеличивается на 30%. 760 тысяч детей живут в социально опасных условиях. Ежегодно выявляется не менее 100 тысяч неблагополучных семей. Около 100 тысяч детей стали беспризорными. Только в Москве, которая считается самым богатым и социально развитым регионом, насчитывается около 35 тысяч беспризорников.

«Ситуация очень тяжелая. В этой ситуации бьют тревогу и государственные органы, и общественные организации нашей страны», — отметил Дмитрий Медведев на прошедшем в прошлом году совещании по вопросам борьбы с преступлениями против детей. «Нам необходима нормальная система защиты детства во всех смыслах этого слова. Сегодня такой системы в стране просто нет, о чём говорят эти тяжелейшие цифры», — добавил Президент.

О ГОСУДАРСТВЕННОЙ ПОЛИТИКЕ СОЦИАЛЬНОЙ ЗАЩИТЫ ДЕТСТВА В РФ

Конвенция ООН о правах ребенка закрепила основополагающие нормы, которыми руководствуются страны-участницы Конвенции (в том числе РФ) в области защиты прав детей. Эти нормы предполагают:

  • уважение и обеспечение государствами-участниками всех прав, предусмотренных Конвенцией за каждым ребенком, находящимся в пределах их юрисдикции, без какой-либо дискриминации; принятие необходимых мер для обеспечения защиты ребенка от всех форм дискриминации или наказания (ст. 2);
  • признание государствами-участниками неотъемлемого права каждого ребенка на жизнь и обеспечение в максимально возможной степени выживания и здорового развития каждого ребенка (ст. 6);
  • уважение права каждого ребенка на сохранение своей индивидуальности, включая гражданство, имя и семейные связи, права ребенка на свободу мысли, совести и религии (ст. 8, 14);
  • защита ребенка от физического или психологического насилия, грубого обращения или эксплуатации, включая сексуальное злоупотребление, со стороны родителей, законных опекунов или любого другого лица, заботящегося о ребенке (ст. 19).
  • признание государствами-участниками права ребенка, помещенного компетентными органами на попечение с целью ухода за ним, его защиты или физического либо психического лечения, на периодическую оценку лечения, предоставляемого ребенку, и всех других условий, связанных с таким попечением о ребенке (ст. 25)
  • обеспечение государствами-участниками того, чтобы ни один ребенок не был подвергнут пыткам или другим жестоким, бесчеловечным или унижающим достоинство видам обращения или наказания, ни один ребенок не был лишен свободы незаконным или произвольным образом.

Основы защиты детства в законодательстве РФ

Соблюдение прав, предусмотренных в международных документах, декларируется в российском законодательстве. Так, согласно Конституции РФ, в России признаются и  гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права (ст. 17).

В Конституции РФ (ст. 7, п.1) Россия провозглашена социальным государством, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека. Одной из важнейших функций социального государства являются поддержка и защита наиболее уязвимых групп населения, к которым прежде всего относятся дети.

В соответствии со ст. 8 Конституции РФ материнство и детство, семья находятся под защитой государства. Конституция предусматривает меры по защите материнства и детства, их правовую, материальную и моральную поддержку.

В 1998 г. был принят Федеральный закон № 124-ФЗ «Об основных гарантиях прав ребенка в Российской Федерации» — основной документ в области социальной защиты детства. Согласно данному закону целями государственной политики в интересах детей является:

  • осуществление прав детей, предусмотренных Конституцией Российской Федерации, недопущение их дискриминации, упрочение основных гарантий прав и законных интересов детей, а также восстановление их прав в случаях нарушений;
  • формирование правовых основ гарантий прав ребенка;
  • содействие физическому, интеллектуальному, психическому, духовному и нравственному развитию детей, воспитанию в них патриотизма и гражданственности, а также реализации личности ребенка в интересах общества и в соответствии с не противоречащими Конституции Российской Федерации и федеральному законодательству традициями народов Российской Федерации, достижениями российской и мировой культуры.
  • защита детей от факторов, негативно влияющих на их физическое, интеллектуальное, психическое, духовное и нравственное развитие.

Этот закон также определяет принципы государственной политики защиты детства:

  • законодательное обеспечение прав ребенка;
  • поддержка семьи в целях обеспечения воспитания, отдыха и оздоровления детей, защиты их прав, подготовки их к полноценной жизни в обществе;
  • ответственность должностных лиц, граждан за нарушение прав и законных интересов ребенка, причинение ему вреда;
  • поддержка общественных объединений и иных организаций, осуществляющих деятельность по защите прав и законных интересов ребенка.

Законодательные гарантии прав ребенка в Российской Федерации

Статья 6 Федерального закона № 124-ФЗ гласит, что ребенку от рождения принадлежат и гарантируются государством права и свободы человека и гражданина в соответствии с Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации, настоящим Федеральным законом, Семейным кодексом Российской Федерации и другими нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Организационные основы государственной политики по социальной защите детства

Согласно законодательству, в Российской Федерации права ребенка обеспечиваются:

  • федеральными органами государственной власти;
  • органами власти субъектов РФ;
  • органами местного самоуправления;
  • общественными объединениями (организациями) и иными некоммерческими организациями граждан, осуществляющими деятельность по защите прав и законных интересов детей.

К государственным и муниципальным органам, защищающим права и свободы ребенка, относятся:

  • органы управления социальной защитой населения;
  • органы управления образованием;
  • органы опеки и попечительства;
  • органы по делам молодежи;
  • органы управления здравоохранением;
  • органы службы занятости;
  • органы внутренних дел;
  • другие органы и учреждения.

Надзор за исполнением законодательства в области защиты детства осуществляют органы прокуратуры, которая осуществляет:

  • надзор за исполнением законов и соблюдением прав и свобод детей различными министерствами и ведомствами, органами, учреждениями и должностными лицами;
  • уголовное преследование в соответствии с полномочиями, установленными уголовно-процессуальным законодательством РФ, и координацию деятельности правоохранительных органов по борьбе с преступностью несовершеннолетних;
  • надзор за исполнением законов о профилактике безнадзорности;
  • надзор за розыском пропавших детей, своевременной выдачей пособий, пенсий, стипендий, соблюдением предоставления льгот, за оказанием бесплатных медицинских и образовательных услуг детям, наличием лицензий на ведение образовательной и иной деятельности, соответствием уставов учебных заведений установленным требованиям;
  • проверку законности сделок с жильем, в результате которых оказываются незащищенными права и законные интересы детей.

Формы и методы социальной защиты детства

Выделяются следующие формы социальной защиты детства.

1. Постановления и решения компетентных органов (Федеральное Собрание РФ, Президент РФ, Правительство РФ, суды РФ – Конституционный, Верховный, Высший Арбитражный, нижестоящие судебные инстанции, министерства и ведомства РФ, органы власти и управления субъектов РФ и местного самоуправления, руководство учреждений и предприятий).

2. Программы. Эта форма характерна для органов государственной власти, занимающихся вопросами защиты детства.

Федеральная целевая программа «Дети России» на 2007 — 2010 годы включает в себя подпрограммы «Здоровое поколение», «Одаренные дети», «Дети и семья».

Основной целью Программы является создание благоприятных условий для комплексного развития и жизнедеятельности детей, а также государственная поддержка детей, находящихся в трудной жизненной ситуации.

В числе задач Программы названы обеспечение безопасного материнства и рождения здоровых детей, охрана здоровья детей и подростков (в том числе репродуктивного здоровья); профилактика и снижение детской и подростковой заболеваемости, инвалидности и смертности; обеспечение полноценной жизнедеятельности детей-инвалидов и их интеграции в общество; профилактика социального сиротства.

Определены важнейшие целевые индикаторы и показатели Программы. Среди ожидаемых конечных результатов реализации Программы указаны: улучшение качественных показателей здоровья и социального положения детей, снижение младенческой смертности и количества безнадзорных детей, создание государственной системы выявления, развития и адресной поддержки одаренных детей с охватом до 40 процентов детского населения школьного возраста.

Государственным заказчиком — координатором Программы является Минздравсоцразвития РФ.

3. Планы и концепции, например «Национальный план действий в интересах детей».

Выделяются следующие методы социальной защиты детства :

  • убеждение действующих и потенциальных субъектов социальной защиты детства (руководителей, должностных лиц, религиозных и общественных деятелей и др.) в необходимости активного участия в социальной защите детства;
  • использование авторитета известных и популярных государственных, общественных, религиозных деятелей, выдающихся деятелей науки и культуры, спорта, ветеранов войны и труда при проведении мероприятий по охране детей (сбор средств, рекламные акции, благотворительная деятельность);
  • стимулирование и поощрение мероприятий по защите детства;
  • принуждение (применяется, например, при взыскании налогов и алиментов в пользу детей, при реализации права ребенка на наследство и жилплощадь, при защите его права на общение с находящимся в разводе супругом и другими родственниками, в иных ситуациях);
  • анализ и прогноз развития системы социальной защиты детства.

В 2007 г. была принята федеральная целевая программа «Дети России» на 2007 — 2010 годы. Целями программы являются создание благоприятных условий для комплексного развития и жизнедеятельности детей, государственная поддержка детей, находящихся в трудной жизненной ситуации.

Задачи ФЦП «Дети России» на 2007 — 2010 годы:

  • обеспечение безопасного материнства и рождения здоровых детей, охрана здоровья детей и подростков, в том числе репродуктивного здоровья;
  • профилактика и снижение детской и подростковой заболеваемости, инвалидности и смертности;
  • создание государственной системы выявления, развития и адресной поддержки одаренных детей, сохранение национального генофонда страны, развитие интеллектуального и творческого потенциала России;
  • профилактика социального неблагополучия семей с детьми, защита прав и интересов детей;
  • совершенствование системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних;
  • проведение эффективной реабилитации и адаптации детей, находящихся в трудной жизненной ситуации;
  • обеспечение полноценной жизнедеятельности детей-инвалидов и их интеграции с обществом;
  • профилактика социального сиротства, постепенный переход от воспитания детей в учреждениях интернатного типа к семейным формам устройства детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей;
  • обеспечение профессиональной подготовки и социальной защищенности выпускников детских учреждений интернатного типа, развитие системы социализации детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей.

Достижение указанных целей и задач осуществляется в рамках реализации подпрограмм, входящих в программу. В частности, выделены подпрограммы «Здоровое поколение», «Одаренные дети», «Дети и семья».

Значимым событием в сфере защиты прав детей, оставшихся без попечения родителей, стало принятие в апреле 2008 года нового Федерального закона от 24 апреля 2008 года № 48-ФЗ «Об опеке и попечительстве». Данный документ охватывает все вопросы опеки и попечительства, которые регламентировались Семейным, Гражданским и другими кодексами и законами Российской Федерации. Закон устанавливает правовой статус опекунов и попечителей, упорядочивает процедуры установления и прекращения опеки и попечительства. В нем определен правовой режим имущества подопечных и установлена ответственность опекунов, попечителей, а также органов опеки и попечительства.

Вместе с тем, положение детей-сирот продолжает оставаться острой социальной проблемой, требующей постоянного внимания государства и общества. С целью их поддержки согласно Указу Президента Российской Федерации от 26 марта 2008 года № 404 формируется Фонд поддержки детей, находящихся в трудной жизненной ситуации. Его учредителем выступает Минздравсоцразвития России.

Основная цель деятельности новой структуры — стимулирование социальных программ поддержки детей, оказавшихся в трудной жизненной ситуации. Своей миссией организация считает создание нового механизма управления, позволяющего в условиях разделения полномочий между федеральным центром и субъектами Российской Федерации значительно сократить распространенность социального неблагополучия детей. В документах Фонда указывается, что «в настоящее время фундаментальные условия социального благополучия детей, такие как соблюдение права ребенка жить и воспитываться в семье, права детей на защиту от нищеты и лишений, жестокого обращения, права детей-инвалидов на социальную интеграцию и всестороннее развитие без какой-либо дискриминации, и др., в полной мере пока не обеспечены».

14 августа 2009 года в г. Сочи прошло заседание президиума Совета по реализации приоритетных национальных проектов и демографической политике под председательством Председателя Правительства России Владимира Путина. В ходе заседания В. Путин предложил объединить усилия власти и общества в борьбе с жестокостью по отношению к детям: «Предлагаю провести специальную общенациональную кампанию по противодействию жестокому обращению с детьми. Думаю, что партии, представленные в Государственной Думе, общественные организации могли бы поддержать такую инициативу. Фонд поддержки детей, находящихся в трудной жизненной ситуации, мог бы выступить организатором этой работы».

О НАРУШЕНИЯХ ПРАВ РЕБЕНКА ПРИ ПОМЕЩЕНИИ ДЕТЕЙ-СИРОТ В ПСИХИАТРИЧЕСКИЕ ЗАВЕДЕНИЯ

МНЕНИЯ ЭКСПЕРТОВ

«Детская «карательная психиатрия» в России достаточно распространена»

Практика отправления детей-сирот в психиатрические заведения является в достаточной степени распространенной, чтобы можно было назвать ее, к счастью, не тотальной, но, к сожалению, системной. В стране до сих пор существует целый ряд сиротских учреждений, где «психушка» становится методом воспитания и устрашения детей, поведение которых по тем или иным причинам, на субъективный взгляд их администрации, выходит за границы нормы.

В случае, если речь идет о коррекционных детских домах и интернатах, ситуация усугубляется еще и тем, что живущие там дети имеют целый букет диагнозов, наличие которых дает директору формальное основание для того, чтобы поместить ребенка в специализированное медицинское учреждение. Для руководства детского дома это своего рода «карт бланш», практически не оставляющий возможностей для доказательства необоснованности этого решения, в то время как истинность самого диагноза в большинстве случаев под большим вопросом.

По закону одна-единственная ПМПК (психолого-медико-педагогическим комиссия) за одно заседание ставит ребенку диагноз, фактически принимая решение обо всей его дальнейшей судьбе. Решение комиссии не подлежит обжалованию ни в одном государственном органе, ни где-либо еще, даже в суде, поскольку комиссия — не юридическое лицо, а обжаловать можно только действия юридических лиц. Только такая же медицинская комиссия (состоящая на практике из тех же людей) может отменить свое же собственное решение. Происходит это крайне редко.

Жесткие диагнозы и ограничение на их опротестование, игнорирование индивидуальных учебных потребностей ребенка являются грубейшим нарушением его прав на развитие. Каждый ребенок имеет право на уважение и неприкосновенность (действие в соответствие с состоянием ребенка; понимание и принятие нужд ребенка; защита ребенка в ситуации посягательства со стороны других людей). А игнорирование состояния ребенка, физического и психологического, со стороны сотрудников детского дома является нарушением этого права.

Для того, чтобы ситуация изменилась к лучшему, необходим ряд обязательных условий, и основные из них, это:

  1. Комплексная ревизия существующей в стране системы диагностики детей, в том числе, как минимум, узаконивание комиссий, альтернативных государственным ПМПК, которые бы дали шанс для изменения диагноза ребенка при наличии позитивной динамики. На данный момент члены ПМПК фактически раз и навсегда принимают решение о судьбе ребенка не на основании Конституции или какого-то специального, тщательно прописанного законодательного акта, а исходя из своего личного мнения и никем не определенного уровня профессиональной компетентности.
  2.  Создание системы ответственности государственных органов, участвующих в решении судьбы ребенка. На данный момент никто из членов комиссии, поставившей ребенку диагноз, не знает, как складывается его судьба дальше, и не несет никакой ответственности за свое решение. Также не несет ее и директор детского дома, который принимает решение о том, что ребенок отправляется в психиатрическую больницу.
  3. Повышение квалификации сотрудников сиротских учреждений и вовлечение в их работу внешних организаций, возможно, создание системы специализированных служб, которые бы организовывали коррекционную и реабилитационную работу со сложными детьми по месту их постоянного проживания. Для каждого ребенка должна быть обеспечена программа индивидуальной работы относительно его учебных и психологических потребностей.

«Карательная психиатрия — результат репрессивной педагогики»

Почему-то сегодня, справедливо негодуя по поводу карательной психиатрии, никто не говорит о том, что это только часть общей системы карательного воспитания. Общественное воспитание в учреждениях для детей-сирот репрессивно по своей сути, ибо устроены они как режимные учреждения.

Мы возмущаемся, что ребенка или подростка можно насильно увезти в больницу, обколоть аминазином, лишить возможности уже не только действовать, но и думать и чувствовать. Но разве менее странно, что воспитанник сиротского учреждения до 18 лет не имеет права выйти за стены своего учреждения без сопровождения сотрудника и соответствующего приказа? Это нормально — не иметь возможности передвижения, уединения, выбора соседа по комнате, личного пространства, личного времени, личных вещей? До сих пор все учреждения для детей-сирот ориентированы только на групповое воспитание, все дети живут по общему режиму. Индивидуальный путь развития ребенка здесь невозможен в принципе (несмотря на все декларации), так как никакие условия для этого не предусмотрены. Само понятие приватности (права ребенка на частную жизнь) в систему общественного воспитания не закладывается, поэтому все возмущения по поводу нарушения прав ребенка в глазах представителей системы выглядят по меньшей мере нелепо.

Если дети в детских домах вдруг получат право быть разными, в том числе сложными и непослушными, получат право думать, выбирать, иметь свое мнение, ни один детский дом такого не выдержит, потому что и сотрудники, и сам образ жизни в учреждении к этому не готовы.

А уж какими способами детей приводят «к общему знаменателю» — «психушками», угрозами, манипуляциями, подкупом, шантажом — как правило, зависит от того, что ближе и удобнее.

Существование системы коррекционных интернатов — также одно из последствий режимной педагогики. Хотелось проверить на психическую адекватность людей, которые считают, что, собрав вместе сотню детей с тяжелыми нарушениями, можно улучшить их состояние, скорректировать их поведение или подготовить их к успешному будущему. Любой нормальный педагог знает, что ребенок не развивается в моносреде. Для развития нужны разнообразные контакты, а для ребенка с проблемами развития особенно важно формировать представление о норме и видеть образцы таковой. Как узнают о нормах поведения дети из коррекционных интернатов, которые никогда в жизни не общались с «нормальными» ровесниками? Дефекты и проблемы в коррекционных интернатах перемножаются и накладываются друг на друга, выжить и сохранить в себе хоть что-то человеческое в таких условиях может далеко не каждый.

Детям так плохо и трудно, да и воспитателям с ними тоже и плохо, и трудно, но явно тем, кто это придумал, так удобнее. Разделить детей на «виды» — плохо видят, плохо слышат, плохо говорят, плохо двигаются, плохо соображают, всего восемь «видов» — каждый «вид» изолировать, лишить всякой возможности прикоснуться к жизни вне стен учреждения — такой педагогический концлагерь и в страшном сне не приснится. Но чуть ли не половина детей-сирот растут в коррекционных учреждениях, особенно много в коррекционных учреждениях VIII вида — для детей с диагнозом «легкая умственная отсталость». Развивать и корректировать в таких условиях практически невозможно, можно только подавлять, усмирять, успокаивать. И помещение в психбольницу становится инструментом педагогического воздействия, тем более, что для детей «восьмого вида» — с психиатрическими диагнозами — такой способ легко представить как необходимый.

Что же со всем этим делать? Возможно ли создать в детском учреждении условия для полноценного роста ребенка — вопрос спорный. Но сделать жизнь детей менее травмирующей и более приемлемой для развития, безусловно, можно. Общая гуманизация жизни детей в детских домах и особенно в коррекционных интернатах, должна включать несколько параметров:

  • возможность уменьшения числа детей в группах для более тонкой работы воспитателя со сложными детьми (для этого нужен пересмотр нормативов, требующих определенного количества детей на ставку педсостава), признание права на индивидуальный путь развития;
  • разнообразие контактов с разными взрослыми, в первую очередь приходящими «извне»;
  • обязательные, тщательно продуманные программы интеграции детей, в том числе с любыми отклонениями, с ровесниками из семей, особенно без всяких отклонений (процесс требует совершенно иного отношения к своим воспитанникам со стороны педсостава детских домов и изменения общественных установок на более принимающие, но дело того стоит);
  • выход за стены учреждения — в любых формах (занятия в районном доме творчества, прогулки по общественному парку, а не во дворе интерната, поездки не только в музеи и театры, но и в магазины и аптеки);
  • повышение престижа специалистов, работающих с сиротами, в общественном мнении и на государственном уровне, что повлечет и повышение уровня требований к профессионализму сотрудников сиротских учреждений;
  • большая открытость детских домов к взаимодействию со специалистами других детских учреждений и организаций, движение в сторону социального партнерства.

Где найти ресурсы? Есть несколько путей.

1. Социальный заказ для общественных организаций.

Присутствие общественных организаций в детских учреждениях может стать легитимным. Можно воспользоваться западным опытом, когда общественные организации участвуют в конкурсе на оказание определенных социальных услуг. Разработать условия участия, требования к организациям, способы контроля за ходом работы, определить, кто и как будет оценивать эту успешность (какая-либо структура вне стен интерната). Содержанием деятельности может быть что угодно, на что не хватает рук у самого учреждения — например, организация дополнительных занятий для одаренных или, наоборот, отстающих детей; обслуживание лежачих больных; индивидуальное сопровождение нуждающихся в особом внимании, да и мало ли что нужно детям, но невозможно по штатному расписанию.

Профессиональный потенциал тех организаций, которые сейчас принято называть волонтерскими, зачастую очень высок — «волонтерить» идут педагоги, психологи, дефектологи, медики. Да и просто к детям придут люди, которые хотят с ними работать и не боятся, что им будет трудно. Они готовы работать с любыми детьми. А если кто-то не справится — команда, заинтересованная во взаимодействии, сама найдет замену недобросовестному или неумелому.

Если предоставить возможность — после любых процедур сертификации — внешним специалистам работать с детьми из детских домов не на «птичьих правах», а легитимно — и они разгрузят психиатрические больницы.

2. Развитие института профессиональных замещающих семей.

Конечно, семья в разы увеличивает шансы ребенка на коррекцию и развитие. Но развитие сложного ребенка должно стоять в эпицентре усилий не только семьи, но и коллектива специалистов, должно обеспечиваться государственной поддержкой. Тот вариант патроната, который был отвергнут принятым в 2008 году Законом «Об опеке и попечительстве», — с солидарной ответственностью, когда семья, специалисты и государство делят обязанности по воспитанию и защите прав ребенка, — был бы оптимальным вариантом. Предложенный законом «патронат» как разновидность опеки, возлагающий весь груз на семью, резко сократил шансы тяжелых детей на семейное устройство. Но родительский потенциал в обществе все-таки есть — и трудных, и не совсем здоровых, и инвалидизированных детей стали брать в семьи. Начал появляться круг семей, которые понимают, что приемный ребенок с отклонениями в развитии требует не только любви и внимания, но и профессиональных навыков. Эти семьи нужно поднимать и поддерживать, выстраивая вокруг социальную инфраструктуру — с центрами сопровождения, посещениями специалистов, с формированием уважительного отношения к их усилиям и в школах, и в детских центрах, и в медицинских учреждениях. Не равнодушно или пристрастно контролировать — «справятся ли» — а помогать растить сложного ребенка.

3. Частные и общественные детские дома и дома инвалидов.

О ПРЕСТУПЛЕНИЯХ ПРОТИВ ДЕТЕЙ, НАХОДЯЩИХСЯ В ЗАКРЫТЫХ УЧРЕЖДЕНИЯХ
(ПО МАТЕРИАЛАМ ПУБЛИКАЦИЙ В СМИ)

Незаконное помещение в психиатрический стационар

На протяжении 2009 года в прессе широко освещалась ситуация с незаконным помещением в психиатрический стационар воспитанников Кимовского детского дома Тульской области. Скандал вокруг этого детского дома разразился еще весной 2009 г., когда об издевательствах над детьми узнали представители правозащитного фонда «Гарант ХХI» (оказывающего благотворительную помощь сиротам из Кимовского детского дома). Президент фонда Г.М.Харитонова направила письмо председателю Комитета Государственной Думы по безопасности В.А.Васильеву (а также полпреду Президента России по Центральному федеральному округу Г.С.Полтавченко и Генеральному прокурору России Ю.В.Чайке), в котором приводятся факты преступной практики и карательной психиатрии, используемой администрацией Кимовского детского дома в отношении своих воспитанников, фактически бесконтрольно и по собственному произволу передающей на длительные сроки на «перевоспитание» в психиатрическую лечебницу, в которых дети без достаточных медицинских показаний подвергаются воздействию сильнодействующих психотропных препаратов. Например, воспитанница детдома Ксения Кузнецова рассказывала, что ее по распоряжению директора держали в психбольнице больше месяца, делали уколы и давали таблетки. Мальчик, которого дважды отправляли в лечебницу, грозился покончить жизнь самоубийством, лишь бы не возвращаться туда снова. Правозащитники заявили, что руководство детдома виновно не только в издевательствах над детьми, но и в воровстве: материальная помощь практически не доходит до воспитанников учреждения.

Глава Комитета Госдумы по безопасности Владимир Васильев взял ситуацию в этом детском доме под свой контроль и направил запросы в адрес Генпрокурора и губернатора Тульской области с просьбой о проведении проверки.

В то же время администрация детского дома, милиция и чиновники принялись запугивать «жалобщиков». Воспитанник Яша Лавров рассказал, что директор детского дома пригласил его на какую-то комиссию: «Меня допрашивали мужчина и женщина. Они спрашивали меня, какой я ориентации, сказали, что я алкоголик и неполноценный, задавали вопросы, голубой я или нет, и еще спросили, за сколько меня купили». «Один мужчина из комиссии спросил меня, чем я заработала на новые кроссовки. И сказал, что я, наверное, проститутка. Женщина из комиссии сказала то же самое, но матом. А еще один член комиссии угрожал посадить меня на двое суток». (Воспитанница детского дома Собачкина). «В детдом приехали люди в погонах. Собеседование шло в присутствии воспитателя Карпухина. Мужчина сразу назвал меня идиотом и дебилом…» (Воспитанник Евгений Этов).

Это строки из заявлений воспитанников Кимовского детского дома, которые они направили прокурору Тульской области, руководителю Следственного комитета при прокуратуре РФ Александру Бастрыкину, руководству областной милиции и в ФСБ. Дети просят защиты от милиционеров, которые приехали разбираться с сиротами после публикации газеты.

В сентябре журналист «Российской Газеты» приехал в Кимовск вместе с представителями фонда «Гарант ХХI» и отцом Сергием, духовником ребят, который первый забил тревогу. Поехала в детдом и первый заместитель председателя Комитета Госдумы по вопросам семьи, женщин и детей Наталья Карпович.

По прибытии на место, беседуя с директором учреждения, Депутат Госдумы Наталья Карпович заметила, что они приехали выяснить, на каком основании детей принудительно отправляли в психбольницу. В ответ директор детского дома Игорь Карпенко постарался так описать поведение своих воспитанников, чтобы все присутствующие поверили: их место не только в психушке, но и в колонии для несовершеннолетних. Девочку, которая месяц провела в психбольнице, а потом сбежала на два месяца, директор обвинил во всех смертных грехах. Карпович тут же спросила, проверяла ли девочку медицинская экспертиза? «Да, — ответила одна из сотрудниц детского дома. И тихо добавила: — Все нормально».

На основании письменных заявлений детей, в октябре 2009 года СКП по Тульской области провел доследственную проверку, которая и привела к возбуждению дела против руководства детского дома.

«Установлено, что три воспитанника государственного образовательного учреждения Тульской области «Кимовский детский дом» были незаконно, без достаточных на то оснований, помещены в стационар государственного учреждения здравоохранения «Тульская областная психиатрическая больница №1 имени Н.П.Каменева». По данному факту возбуждено уголовное дело по части 2 статьи 128 (незаконное помещение в психиатрический стационар) УК РФ», — говорится в официальном сообщении следственного комитета. Статья, по которой возбуждено уголовное дело, предусматривает до семи лет лишения свободы.

К сожалению, ситуация в Кимовском детдоме не является исключительной.

В марте 2009 года получила огласку мрачная история из жизни воспитанников интерната «Наш дом» в подмосковном поселке Томилино. Выяснилось, что за плохое поведение детей регулярно наказывали, направляя на принудительной лечение в клинику для душевнобольных. Там «воспитуемым» кололи сильнодействующие препараты. В этих фактах и хотелось бы усомниться, но их уже подтвердила прокуратура, обнаружившая в интернате и множество других нарушений. Например, 10 его сотрудников, включая замдиректора, жили в квартирах, закрепленных за воспитанниками. По мнению прокуратуры, детей-сирот за малейшую провинность незаконно помещали в психиатрические больницы Подмосковья. Случаев десятки, но ни в одном из них для помещения ребенка в стационар не было никаких медицинских показаний.

Другим примером является случай, произошедший в Хабаровском крае. В конце 2009 года в Гражданскую комиссию по правам человека позвонила воспитанница Детского дома №1 города Комсомольска-на-Амуре и сообщила о подобной «практике».

Оказалось, что обычными поводами для направления воспитанников в психиатрическую больницу являлись прогулы, побеги, драки, конфликты в детском коллективе и с воспитателями, а также иные факторы, относящиеся к обычному поведению детей, воспитывающихся без родительской заботы, но без каких-либо медицинских показаний, говорится в пресс-релизе, распространенном вышеназванной правозащитной организацией.

В декабре 2009 года по данному обращению были поданы заявления о проведении проверки и принятии мер прокурорского реагирования в прокуратуру Комсомольска-на-Амуре, следственный комитет при прокуратуре Комсомольска-на-Амуре и в Генеральную прокуратуру. В январе 2010 представитель прокуратуры Комсомольска-на-Амуре сообщил, что ведомством была проведена проверка и нарушений выявлено не было: все подростки, которых помещали в психиатрическую больницу, уже имели психиатрические диагнозы.

Сама обратившаяся с жалобой девушка была помещена в психиатрическую больницу, не имея психиатрического диагноза и не давая согласия на госпитализацию. Согласно закону «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании», при госпитализации лица с 15 лет требуется согласие на госпитализацию самого несовершеннолетнего и в случае принудительной госпитализации санкцию должен давать суд. Однако никаких судебных решений, известных подросткам, в отношении их принудительного помещения в психиатрическую больницу, не было.

Другие факты злоупотреблений и преступных действий

Факты жестокого обращения с воспитанниками в детских домах России отмечаются, к сожалению, нередко. В правоохранительных органах не скрывают, что сироты сегодня часто погибают в стенах детдомов, причем главная угроза для них – сверстники и педагоги. Эксперты утверждают, что всему виной кадровые проблемы в данных учреждениях.

В Савинском доме-интернате в Республике Марий Эл погиб восьмилетний мальчик. По заключению медицинской судебной экспертизы, смерть ребенка наступила от механической асфиксии (удушья). В интернате пояснили, что ребенок входил в группу детей, не поддающихся обучению. По факту смерти республиканская прокуратура возбудила уголовное дело, но подробности случившегося раскрывать отказывается. «В настоящее время отрабатываются различные версии произошедшего, идет проверка, которая и должна пролить свет на инцидент», — пояснила старший помощник прокурора республики по связям со СМИ Наталья Пуртова.

Трагедия в Савинском детском доме – далеко не единственная. Не столь давно в Ульяновске стало известно об издевательствах над воспитанниками местного Дома детства. По информации областной прокуратуры, воспитательница избивала малолетних детей за любой проступок. К примеру, одного из малышей педагог попросту столкнула с лестницы – ей показалось, что ребенок чересчур медленно спускался. «Там был установлен такой режим – исправительная колония курортом покажется, — признался старший помощник прокурора Ульяновской области Василий Зима. — Дети были запуганными, их оскорбляли, били и унижали». Воспитательница, подозреваемая в избиениях детей, после разразившегося скандала была сразу же уволена. В отношении нее возбудили уголовное дело.

В мае 2007 года в Приморском крае прокуратура возбудила уголовное дело против главы детской деревни «Семейный очаг» в поселке Раздольное Олега Петрука. Воспитателя обвиняют в том, что он бил детей, морил их голодом в течение двух-трех дней, заставлял выполнять тяжелую физическую работу.

Прокуратура Свердловской области возбудила три уголовных дела против воспитателей детского дома в поселке Буланаш Артемовского городского округа. Проверка обнаружила факты жестокого обращения с детьми, антисанитарные условия их содержания. Руководство детдома подозревается в растрате денежных средств и мошенничестве с квартирами выпускников учебного заведения. Директор школы-интерната Наталья Кокшарова оштрафована на 10 тыс. рублей.

В Судогодском районе Владимирской области возбудили уголовное дело против воспитателей Лухтоновской специальной (коррекционной) школы-интерната. Установлены случаи жестокого обращения с детьми, нанесения им побоев, систематического унижения их достоинства.

16 мая суд Самарской области отменил решение Камышлинского районного суда, прекратившего по амнистии уголовное дело против работников местной коррекционной школы-интерната. Учителя били детей указкой, заставляли провинившихся старшеклассников раздеваться догола перед своими сверстниками. Дело направлено на повторное рассмотрение.

Областной суд Ульяновска вынес обвинительный приговор заместителю директора Кузоватовской специальной школы-интерната Николаю Степанову, избивавшему своих подопечных. Педагог за малейшую оплошность бил воспитанников по голове руками и ногами, а когда уставал, звал на помощь 28-летнего милиционера. После подобных «воспитательных процедур» у подростков подчас не было сил даже встать на ноги. Тем не менее, за эти преступления директор интерната понес довольно мягкое наказание — его приговорили к году и двум месяцам лишения свободы условно с запретом заниматься педагогической деятельностью два года.

В Хакасии по результатам проверки Абазинского детского дома было возбуждено два уголовных дела. Кроме того, наложены административные и дисциплинарные взыскания на должностных лиц. Основное уголовное дело за избиение воспитанников возбуждено в отношении младшего воспитателя детского дома Надежды Лопатиной. После выхода репортажа о гибели воспитанника детдома Игоря Тоторова, который покончил жизнь самоубийством из-за жестокого избиения и издевательств над ним, коллеги обвинили Лопатину в том, что она опорочила детский дом. По словам коллег, воспитатель психически неустойчива, была замечена в пьянстве на работе и избиении детей. В прокуратуру были предоставлены заявления, подписанные воспитанниками. Сама обвиняемая считает, что уголовное дело – это месть бывшего руководства: в результате прокурорской проверки дисциплинарные наказания получили трое работников детдома, исполняющая обязанности директора снята с должности. Проверка выявила и финансовые нарушения. По результатам расследования уголовного дела, в гибели детдомовца Игоря Тоторова никто из детского дома обвинён не был. Дело возбуждено против бывшего воспитанника детдома, который признался в избиении Тоторова. Как считает следствие, подростка в детдоме не насиловали. Воспитанники признались, что сделать это они пытались палкой. После издевательств подросток сбежал к друзьям в село Бельтыры, где и покончил с собой – повесился на крыше дома. В прокуратуре Аскизского района, которая занимается расследованием, подтвердили: у подростка были ранения, указывающие на насилие.

О ГРАЖДАНСКОМ КОНТРОЛЕ ДЕТСКИХ ЗАКРЫТЫХ УЧРЕЖДЕНИЙ
(ПО МАТЕРИАЛАМ ПУБЛИКАЦИЙ В СМИ)

Инициация гражданского контроля детских учреждений экспертом Общественной палаты

16 ноября 2008 премьер-министру Российской Федерации Владимиру Путину было направлено письмо от эксперта Общественной палаты РФ, председателя правления РОО «Право ребенка» Бориса Альтшулера, в котором он делает акцент на «угрожающих масштабах семейного неблагополучия и насилия по отношению к детям». Борис Альтшулер просить инициировать процесс организации комплексной профилактической работы в данном направлении, обозначив пять провальных позиций: (1) отсутствие на местах единого управления процессом защиты конкретных семьи и/или ребенка; (2) отсутствие специализации судебного производства по делам семьи и детей; (3) отсутствие профессионального обеспечения деятельности правоустанавливающих органов; (4) отсутствие максимально приближенных к населению (т.е. во всех учреждениях «территории детства и семьи» и по месту жительства) инструментов раннего выявления случаев семейного и детского неблагополучия, насилия и т.п. и (5) закрытость детских учреждений.

Вообще же, по словам руководителя РОО «Права ребенка», контроль, осуществляемый за работой органов опеки должен быть не только со стороны одного лишь омбудсмена, но и со стороны комиссий по делам несовершеннолетних. Кроме того, необходим и пока не развитый у нас гражданский контроль, то есть контроль самого общества, в том числе и над учреждениями, где беспомощные люди находятся в замкнутом пространстве — теми же детскими домами.

В декабре 2009 года Б.Альтшулер на встрече Президента РФ с Советом по содействию развитию институтов гражданского общества и правам человека передал Дмитрию Медведеву проект акта о гражданском контроле в учреждениях такого рода. В свою очередь, глава государства распорядился создать рабочую группу по данному вопросу.

Уполномоченный по правам человека в Калужской области о необходимости гражданского контроля за учреждениями общественного воспитания детей

«Пробелы в российском законодательстве предполагают, что практика произвола и принудительного помещения детей в психиатрические учреждения есть. Основным пробелом можно считать отсутствие правовой регуляции гражданского контроля за учреждениями общественного воспитания детей,» — заявил, корреспонденту ИА REGNUM Новости Уполномоченный по правам человека в Калужской области Юрий Зельников. Калужский правозащитник сказал, что «под гражданским контролем подразумевается постоянная практика мониторинга решений, которые принимает администрация детских домов относительно детей».

«Такой контроль осуществляется в кооперации общественников и независимых профессионалов. Помещение в ребенка в психиатрическую больницу чаще всего — это решение, которое невозможно подвергнуть критике и оспорить. В России законным представителем ребенка, лишенного родительского попечения и помещенного в учреждение, становится администрация учреждения (ст. 155.2 Семейного кодекса РФ в ред. от 30.06.08 г. № 106-ФЗ). Поэтому если эта администрация захочет избавиться от ребенка или его наказать, инструмента противостоять такому произволу в законе нет. На практике в некоторых регионах существуют технологии гражданского контроля за детскими домами (опыт Пермской Гражданской палаты и Пермского регионального правозащитного центра) — но даже если общественники наблюдают произвол, далеко не всегда факты произвола становятся достоянием общественности, а опубликование этих фактов далеко не всегда может изменить ситуацию», — отметил Зельников.

Опыт регионов

Еще в октябре 2005 года группа правозащитных организаций начала реализацию межрегионального проекта по предотвращению случаев жесткого обращения и других нарушений в отношении несовершеннолетних, находящихся в закрытых учреждениях. В проекте участвуют Правозащитный центр г. Казани, Чувашская правозащитная организация «Щит и Меч», Региональная общественная организация «Человек и закон» (Марий Эл) и Читинский правозащитный центр.

В рамках данного проекта в Чебоксарах состоялся Межрегиональный круглый стол «За закрытой дверью», посвященный проблеме необходимости общественного контроля над детскими закрытыми учреждениями. Помимо инициаторов в обсуждении принимали участие представители Министерств образования, министерства здравоохранения, МВД, ГУФСИНа, прокуратуры республик Татарстана Чувашии и Марий Эл.

Как сообщили в пресс-службе Чувашской правозащитной организации «Щит и меч», правозащитники представили результаты общественного инспектирования закрытых детских учреждений. Председатель организации «Человек и закон» Ирина Протасова с самого начала огласила три минимальных критерия соответствия детских закрытых учреждений европейским правовым нормам — это надлежащие условия содержания, недопущение жестокого обращения и социальная реабилитация детей. Общественники доложили, что во многих учреждениях, посещенных ими в течение года, есть некоторые нарушения в условиях содержания.

Участники дискуссии выразили беспокойство по поводу того, что в закрытых учреждениях разрываются социальные связи детей, как отрицательные, так и положительные, и ребенок, выйдя за стены школы-интерната или воспитательной колонии, часто вынужден вступать на путь преступлений, потому что не имеет опыта существования в социуме. На это заместитель министра образования Михаил Толстов сообщил, что в Чувашии отдается предпочтение воспитанию детей в семейных условиях, упрощаются процедуры усыновления, закрываются интернатские учреждения, расположенные в непрофильных зданиях.

В конце мероприятия правозащитники объявили о создании группы общественных контролеров, которые будут визитировать закрытые детские учреждения. Руководители интернатов оценили инициативу правозащитников положительно и сообщили, что всегда готовы к сотрудничеству. В течение года было проведено около 30 посещений закрытых детских учреждений. Общественники проанализировали ситуацию с соблюдением прав детей в разных ведомствах и выявили некоторые типичные сложности. В дальнейшем правозащитники планируют создать систему общественного контроля над детскими закрытыми учреждениями.

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *